Проводила мужа за границу, он нашел себе другую. И уже три года я живу с его мамой

В наше время не редкость, скорее обыденность, когда кто-то из супругов, чтобы обеспечить семью уезжает работать за рубеж. И такой же обыденностью стали разваливающиеся из-за этого семьи, растущие, фактически без родителей дети, общение с которыми заключается не в воспитании, а в перечислении определенных сумм на банковские карты. Еще – престарелые родители, нуждающиеся в уходе и внимании.

Мы с Сергеем поженились рано, сразу после школы. До этого встречались в старших классах, как водится, Сергей отстаивал свое право видеть девочку, которая ему нравится, в уличных баталиях с местными, чем, со временем, вызвал у них уважение и «выдачу визы» в наш микрорайон.

Мои родители отнеслись к нашей женитьбе, если и без особого восторга, но спокойно, помогли организовать свадьбу и поддерживали нас первое время. Оговорюсь, что «первое время» — пять лет учебы в ВУЗе и около года, пока мы начали более-менее прилично зарабатывать.

А вот мать Сергея, воспитывавшая сына в одиночку, заняла позицию «не для тебя моего сыночка растила». Я, как ни старалась, не могла найти с ней общий язык. Кем я только не была, и «безрукая», и «бестолковая», и «безалаберная», словом – весь спектр сравнений и эпитетов, от которых я поначалу ревела, как дура, а потом просто отключала мысленно звук, когда свекровь начинала очередную свою тираду о моих «достоинствах».

Сергей пытался нас примирить, но все было тщетно. В конце концов он махнул рукой, и тоже перестал обращать внимание на выпады матери. Как ни странно, это подействовало, у свекрови просто пропал интерес отпускать в мой адрес оскорбления, если они не находили благодатную почву. Мы жили каждый в своей «скорлупе», а во время нечастых встреч выдерживали определенный «дипломатический» протокол общения. Он состоял из традиционных вопросов о здоровье, о новостях и погоде.

Размеренное течение изменила болезнь свекрови, практически приковавшая ее к постели. Пришлось забрать ее к нам, а однокомнатную квартиру сдать постояльцами, на лекарства требовались немалые суммы денег, и мы не могли потянуть такую дополнительную нагрузку на бюджет семьи.

Свекровь вела себя умеренно-капризно для своего положения.

Естественно, забота о ней легла на мои плечи. Неожиданно, Сергею предложили работу в Дании. Их фирму посетила делегация менеджеров из этой страны, и презентация нового модуля программы, которую разрабатывал мой муж, очень заинтересовала иностранцев. После непродолжительных переговоров ему дали неделю на ознакомление с условиями контракта и принятие решения.

Безусловно, суммы, обозначенные в контракте, нельзя было сравнивать с теми копейками, падающими с «барского плеча» директора фирмы, где работал Сергей. Но встал другой вопрос – как быть с его мамой?

По контракту Сергей мог переехать к месту работы вместе с женой, мое проживание дополнительно оплачивалось датчанами. Только вот свекровь сказала свое категорическое «нет» предложению нанять сиделку или решить вопрос с хорошим домом престарелых.

Повздыхав, мы попрощались в аэропорту, и Сергей улетел один…

Прошел год. За это время я совсем вымоталась со свекровью, состояние здоровья старой женщины ухудшалось, как физическое, так и умственное. Она часто впадала в маразм, и тогда он нее просто невозможно было отойти, нужно было контролировать, чтобы она что-нибудь не учудила. Сергей добросовестно перечислял нам деньги, почти все они уходили на лекарства, капельницы, уколы, консультации и прочие медицинские мероприятия для свекрови.

Постепенно звонки от мужа стали редкостью, мы слышали друг друга не чаще раза в неделю, а видеосвязь вообще исчезла из нашего общения. Сергей объяснял это дороговизной такой услуги в Европе, и мне приходилось мириться, хотя и возникали вопросы…

Муж прилетел неожиданно. И так же неожиданно позвонил мне из гостиницы. На мой удивленный вопрос, почему не сразу домой, он ответил лаконично: «Света, я приехал не один, при встрече все тебе объясню».

В принципе, все и так было ясно. Вечером Сергей пришел к нам со свекровью, я ее предварительно подготовила, только на вопрос, почему я не поехала встречать мужа, ответить не смогла.
Когда она, по старой привычке, во время разговора с сыном опять бросила камень в мой огород, мол, что это за жена, если через год разлуки мужа не встречает, Сергей потупил взгляд, и неожиданно для нас обеих сказал:

— Мама, у меня уже другая жена, мы со Светой разведемся…

Свекровь, которая всю жизнь мечтала о таком повороте событий, вдруг затихла, и почти прошептала:

— Ты что, дурак?

В молчании мы просидели какое-то время, но от обсуждения проблемы, она не могла разрешиться сама по себе. Как и раньше, свекровь отказалась от круглосуточной сиделки и дома престарелых, и заявила сыну, что доживать свой век будет только со мной.

Сергей начал меня уговаривать продолжать уход за мамой, через несколько дней ему нужно было возвращаться в Данию, а я смотрела на свекровь, и почему-то совсем не испытывала к ней каких-то плохих эмоций. Передо мной лежала старая, уставшая женщина, очень расстроенная поступком своего сына…

Развели нас быстро, какие-либо имущественные вопросы не поднимались, поэтому процедура ограничилась новыми штампами в паспортах.

Сергей ухал в Европу со своей новой женой, я ее даже не видела ни разу, а мы со свекровью продолжили наше, ставшее уже привычным сосуществование под одной крышей…